мая 22

Однажды в Крыму, когда прогулочный катер Сталина шел вдоль гористого берега, группа переодетых сотрудников НКВД по распоряжению Берии обстреляла катер холостыми патронами. Берия грудью заслонил вождя. А тем временем другой отряд НКВД отнюдь не холостыми выстрелами ликвидировал группу, инсценировавшую нападение. У Сталина осталось полное впечатление покушения на его жизнь и преданных и бесстрашных действий Берии.

Берия прошел на кухню в доме Сталина и спросил у повара, есть ли у того пистолет. "Нет, зачем он мне?" - "А вдруг нужно будет защищать товарища Сталина?! Ты же входишь в его ближайшее окружение. Вот тебе пистолет - он всегда должен быть с тобой". Вечером, когда повар принес ужин, Берия приказал: "Оружие сдать!" Испуганный человек начал вынимать пистолет, бормоча: "Вы же сами сказали..." Берия застрелил несчастного.

Партия сказала: "Надо!" После ареста первого секретаря ЦК ВЛКСМ Косарева Сталин вызвал редактора "Комсомольской правды" Николая Михайлова и предложил ему стать первым секретарем. Михайлов высказал сомнение: ему уже тридцать два года.

Как Берия впервые был Штирлицем. Пришел к коммунистам богатый человек и сказал, что он за коммунизм. Хочет идти на фронт. Его приняли в компартию и дали задание: стать членом мусаватистской партии. Потом большевики помогли ему стать начальником разведки мусаватистов. Именно к нему и поступил Берия и работал в разведке мусаватистов по заданию большевиков. Впрочем, может быть, эта легенда специально запущена службами Берии, чтобы "отмыть" его прошлое.

В 1925 году была создана комиссия в составе Дзержинского, Орджоникидзе, Кирова для расследования истории чудесного спасения двадцать седьмого бакинского комиссара Микояна. В Баку вместо Дзержинского поехал Михаил Кедров. Комиссия признала Микояна невиновным. Вместе с тем она наткнулась на данные, позволявшие заподозрить в Берии провокатора, и выразила ему политическое недоверие.

Потом все члены этой комиссии - кроме Дзержинского, умершего в 1926 году, - погибли насильственной смертью.

Кедрова держали в тюрьме с 1937 по 1941 год. Берия добивался у него ответа на один вопрос: где письма, которые присылались из Баку Дзержинскому? Кедров отвечал, что не знает. В 1941 году Берия без соответствующего решения суда расстрелял Кедрова.

Новый главный палач королевства. В 1937 году Маленков послал в Тбилиси гонца предупредить Берию, что Ежов собирается его арестовать. Берия примчался в Москву, и Маленков устроил ему встречу со Сталиным, которая длилась двадцать часов подряд. После этого Сталин сказал Ежову: "Ты устал. Тебе нужно отдохнуть". Ежову дали отдохнуть в качестве наркома водного транспорта, а потом расстреляли. Его преемником стал Берия.

- Товарищ Сталин, Берия - плохой человек. - Зато хороший оперативный работник.

Берия уничтожил каждого восьмого грузина.

Брат жены Поскребышева Брониславы Михаил в Гражданскую был комиссаром, а в 30-х годах стал заместителем наркома здравоохранения. В 1937 году его и его жену Асю Рябухину, некогда заведовавшую бюро справок в секретариате Ленина, арестовали. Асе удалось передать Брониславе письмо, описывающее все ужасы тюрьмы. Бронислава пыталась ходатайствовать за брата и его жену. Она добилась приема у Берии. Он стал к ней приставать, и она ответила ему пощечиной. И вскоре исчезла.

После расстрела Мейерхольда и убийства Зинаиды Райх Берия поселил в их квартире свою любовницу.

Секретарь обкома комсомола попытался склонить к сожительству свою секретаршу. Она подняла шум. Его исключили из комсомола и сняли с работы. Он послал жалобу в ЦК, но все члены Политбюро, особенно Берия, сурово осудили его за аморальное поведение. Кроме Сталина. Он сказал: "Красивый юноша предложил свою любовь красивой девушке и был ею отвергнут. Зачем его наказывать? Он уже наказан".

Сталин звонит Берии:
- Лаврентий, пропала трубка! Прими меры.
Через неделю Берия отчитывается:
- Товарищ Сталин, в связи с пропажей вашей трубки обнаружен заговор. Арестованы четыреста человек, триста восемьдесят уже расстреляны...
- Не торопись, Лаврентий, я уже нашел мою трубку.

Однажды на пиру Берия закричал:
- Сейчас я вас развлеку!
Гости приготовились к сюрпризу. Берия хлопнул в ладоши, и в зал вошел молодой человек.
- Ты кто? - спросил Берия.
- Студент.
- За что сидишь?
- Не знаю.
- Все вы, враги народа, не знаете. Раздевайся!
Продемонстрировав компании голого юношу, Берия выстрелил в него. Появился порученец и уволок студента за ноги. Гости зааплодировали.

Мне был двадцать один год, и я с большим трудом поступил в аспирантуру к профессору Илье Панцхаве, которого аспиранты называли между собой Илико. Однажды Илико вручил мне книжку некоего Шарии под названием "Дазмир". Если не считать того, что она не имела выходных данных, это была нормальная книга: отпечатанная хорошим шрифтом, на мелованной бумаге и в красивом переплете. Илико сказал:
- Тебе нужно упражняться в анализе художественных произведений. Твоя задача - выявить мировоззрение автора этой книги. Это будет твой реферат к кандидатскому минимуму по философии. Поэма была написана на русском языке. Дазмир - "Да здравствует мир" - имя единственного сына автора, умного и великодушного юноши. Он неожиданно умирает и благодаря своим достоинствам попадает на небо, но душа его витает над землей и определяет исторические процессы.
Как мог, я проанализировал поэму. Горе отца, потерявшего сына, вызвало сочувствие. Отсутствие поэтических способностей у автора - эстетический протест. Мировоззренческие его позиции сводились к вульгарным представлениям о потусторонней жизни, которые перемежались с мистическими идеями о божественном предназначении Дазмира - нового Христа. Все это я описал в моем реферате. Прочитав его, Илико остался недоволен: не было ярлыков и сильных выражений, принятых в те годы. Он попросил меня доработать реферат в свете расхождения концепции мироздания Шарии со сталинской концепцией, изложенной в четвертой главе "Краткого курса истории партии". Я проделал эту сопоставительную работу, и мой реферат был зачтен.
Потом выяснилось, что я стал невольным участником небезобидной и небезопасной истории, за которую мог бы даже поплатиться жизнью. Шария оказался не просто плохим поэтом, невесть как издавшим странную поэму, а близким другом Берии и секретарем ЦК Грузии по идеологии. Будучи в свое время наркомом просвещения Грузии, Илико насмерть схлестнулся с Шарией, из-за чего и уехал в Москву. Однако враги по-кавказски не прощали обиды. Теперь это была дуэль на доносах. Мой реферат, который Илико "обогатил" нудными идеологическими квалификациями, был без моего ведома тоже переделан в донос. Сам Илико подписать его не мог - иначе донос выглядел бы сведением личных счетов. Тут-то и возник ныне покойный Михаил Овсянников. Он впоследствии, с 60-х до середины 80-х годов, возглавлял кафедру в МГУ, сектор в Институте философии Академии наук и весь наш эстетический фронт.
А тогда, в пору сталинского безвременья, Овсянников пил, потерял по пьянке партбилет и был отовсюду изгнан. Илико приютил его на своей кафедре в Московском областном педагогическом институте. В благодарность Овсянников подписал донос на друга Берии, а Илико обеспечил его прямое попадание в руки Сталина. Те отступления от ортодоксии, которые позволил себе в своей поэме Шария, и ее фактически нелегальное издание были немыслимыми нарушениями имперского порядка. Сталин снял Шарию с высших постов. Берия ничем не смог помочь своему другу, разве что уберег от ареста. После смерти Сталина Шария проходил по делу Берии и был приговорен к расстрелу.

Берия не любил члена Президиума ЦК Пономаренко и, когда началось "дело врачей", обвинил его в том, что он неоднократно обедал с Виноградовым и Егоровым. Вопрос рассматривался на Президиуме.
- Сколько вам нужно минут, чтобы оправдаться, товарищ Пономаренко? - спросил Сталин.
- Постараюсь коротко. Известно, что вы, товарищ Сталин, сидели в одной камере с меньшевиком. Это не сделало вас врагом революции. Я сидел за столом с врачами-убийцами, но это не значит, что я проникся их идеологией.
- Лаврентий, оставь его в покое! - сказал Сталин Берии.

Храпченко рассказывал. Член Политбюро Николай Вознесенский выпустил книгу об экономике СССР в Великой Отечественной войне. Работа получила Сталинскую премию. В честь новых лауреатов был дан правительственный банкет. В конце его, когда участники выстроились для памятного снимка, Берия обнял Вознесенского за плечи и сказал: "Смотрите, товарищ Сталин, какие у нас есть молодые члены правительства. Книги пишут. Премии получают. Вот только на товарища Сталина мало ссылаются". Сталин с недовольным видом ушел в какую-то скрытую в стене дверь. Все стали тихо расходиться.

Разгромив старую партийную гвардию, Сталин в конце 30-х годов стал выдвигать перспективных молодых людей, в их числе троих ленинградцев - Кузнецова, Вознесенского, Косыгина. Опасаясь, что молодые люди могут потеснить их, Берия и Маленков стали "шить" дело: мол, ленинградская группа решила создать Российскую компартию по типу Украинской, Белорусской, Казахской и сделать Ленинград столицей РСФСР. Подозрительный Сталин, конечно, поверил, угроза была велика: если из его рук уходят российская партия и российская государственность, он остается генералом без армии.

Вознесенский и Кузнецов были арестованы за то, что в войну они якобы хотели сдать Ленинград немцам и взорвать флот. Абакумов получил задание выбить из них показания против Жданова, которого в это время уже не было в живых. В конце концов Вознесенский был казнен страшной средневековой казнью: ему в живот была зашита голодная крыса.

В конце 1952 года "Известия" напечатали фотографию: секретарь Московского горкома партии Николай Фирюбин осматривает новую сельскохозяйственную технику. "Что за самореклама!" - возмутился Сталин, и в тот же день Фирюбин был снят с работы. Через несколько дней его вызвали к Сталину. Войдя в кабинет, он остановился у двери. Сталин и Берия разговаривали по-грузински. Потом Берия, показывая на Фирюбина, спросил по-русски:
- Что мы будем делать с этим дерьмом?
- Расстреливать вроде не стоит, может быть, посадить? - вслух принялся рассуждать Сталин и, так и не приняв окончательного решения, сказал: - Пошел вон, некогда!
К счастью Фирюбина, Сталин до самой смерти не нашел для него времени.

Цветет в Тбилиси алыча
Не для Лаврентий Палыча,
А для Климент Ефремыча
И Вячеслав Михалыча.

На шестой день боев, когда немцы уже взяли Минск, Сталин позвонил в Генштаб и велел Тимошенко явиться с докладом.
- Я еще не готов к докладу, - ответил Тимошенко. Тогда Сталин, Молотов и Берия приехали сами. Берия накинулся на Баграмяна, Тимошенко и Жукова, но получил отпор. Он разразился матом и отправился к телефону, чтобы вызвать подмогу. Сталин сохранял спокойствие, а потом сказал:
- Пойдемте, товарищи, мы мешаем работать.

В начале войны был образован ГКО (Государственный Комитет Обороны). Его членами стали Сталин, Берия и Маленков.

В начале войны Гитлер вел тайные переговоры с Берией о том, чтобы поручить ему управление завоеванной Россией. Обнаружил материалы этих переговоров в России и в Германии писатель Лев Гинзбург. Его спрашивали: неужели никто не сообщил Сталину об этих переговорах? Он отвечал вопросом:
- А вы бы сообщили?

Сразу после испытания атомной бомбы, стремясь опередить всех, один из ведущих участников атомного проекта Ванников позвонил Сталину:
- Товарищ Сталин! Я счастлив доложить вам, что благодаря вашей мудрости, вашей неустанной заботе об атомной промышленности нам удалось успешно провести испытания атомной бомбы...
Сталин ответил:
- Товарищ Ванников, ты, как всегда, опоздал, мне уже доложил Берия. А ты, Ванников, понял, что произошло?
- Конечно, товарищ Сталин, и счастлив доложить, что благодаря вашей мудрости...
- Ванников, то, что я мудрый, всем известно. Но ты, Ванников, не понял, что произошло нечто очень важное: войны, Ванников, больше никогда не будет!

Популярность: 27%

Метки:, ,

Оставить комментарий

You must be logged in to post a comment.